"О Грузия, нам слезы вытирая,
Ты - русской музы колыбель вторая.
О Грузии забыв неосторожно,
Поэтом ( читай: человеком) быть в России невозможно."
Евгений Евтушенко.
Сухуми.
Море от тебя не убежало,
Только вспомню что – сейчас забудется,
Будто бы пришло – и помешало.
С гор внезапно – диким что им станется! –
Набежали, темные наружно
Люди… но меня уж не касается,
Ничего мне от тебя не нужно:
Ни тепла, ни памяти, ни холода,
Не приснишься больше - дал я слово, -
Будто на земле другого города
Вдруг не стало вовсе никакого!..
«Ля Илля!» - Кричали бородатые
Живодеры, прыгая по кругу,
А еще белесые, чубатые, -
Древнюю свою глушили скуку:
В твои уши, воплями вопящие,
В предвкушенье грабежей как чуда,
Гоготали, радуясь пожарищам,
Дармовщинке той – из ниоткуда.
И своих военных предводителей,
За добычу «всяко похваляли»,
Волокли, как скот домашний, жителей,
И кого хотели – убивали.
Вся земля там кровью перепоена,
Город мой, иудиная залежь,
Ты возьми одних погибших воинов
За тебя, - и ты не сосчитаешь.
По ночам… (как небеса раскроются) -
Вот они глядят из Безначала,
Смотрят на тебя, не успокоятся:
Не сгорел ты? Что с тобою стало?
- Он живет и счастьем тихим полнится, -
Говорю я им, - я врать не буду,
Только отдохну, и снова вспомнится,
Не оставит даже на минуту.
Все родные ваши благоденствуют,
И святые произносят тосты,
И застолья чину соответствуют -
Я во сне обманываю звезды. -
Видите, земля, как память, плоская,
В самом центре – «Прачечная», «Ткани»,
Море, олеандры, Краснофлотская,
И за ней – подъем на Геловани.
Я жалобной рукой сжимаю свой костыль.
Мой друг влюблен в луну, живет ея обманом.
Вот третий на пути. О милый друг мой, ты ль
В помятом картузе над взглядом оловянным?
Давно заметил, что луна в стихотворении желтая, и вообще стихи освещены красивым вечерним лунным сиянием. Отчего же? Ведь слово "луна" само по себе не даст никакого цвета, покамест мы не увидим обстановку.
Обстановка, предметы, окружающие Смысл, в поэзии усливают настроение, позволяют войти в фантазию поэта, погрузиться в нарисованное.
Чудная картина,
Как ты мне родна:
Белая равнина,
Полная луна...
Луна здесь у Фета полная, она должна сиять, то есть светиться желтым светом, но картина отчего-то черно-белая. Потому что много равнины, много белого - далеко луны не хватит, и свет теряется в темноте.
А что же сделал Блок? Обратите внимание, в первых двух строчках стихотворения буква "ж" встречается три раза, это именно в строчках о любви к луне. Чередование "ж" заставляет проснуться в памяти слово "желтый" и что луна желтая.
Мастер.

